Пасха на передовой: как харьковские волонтеры поздравляли бойцов под Счастьем

23:30. Блокпост, выезд из Сватово. Мы слушаем "правду" нетрезвых луганских милиционеров: "А че ж вы к нам голым/голодным/справляющим нужду в посадке не ездите, а пишите только то, что вам диктуют?". Они показывают свежий приказ. Военным машинам сегодня после 19:00 проезд запрещен. Не спасают ни уговоры, ни звонки в СБУ и пресс-штаб АТО, ни военная служба правопорядка. Полтора часа под прекрасным звездным небом и мы уезжаем в дешевую гостиницу города Сватово. Именно так заканчивается пасхальная поездка на Луганщину каравана харьковских волонтеров и журналистов. 


"Вот наши зайчики"

6:00,воскресенье, метро "Пролетарская". Харьковчане отправляются в зону АТО, чтобы устроить настоящую "домашнюю" Пасху военным 92-й отдельной механизированной бригады. Две машины традиционно под завязку забиты вкусностями. Около одной тысячи пасок от осужденных исправительной колонии №25, еще 500 выпеченных руками харьковских девушек (для некоторых, кстати, они стали дебютными), крашенки и скоромное – колбаса, буженина, молоко. Собирали военную "пасхальную корзину" за два дня, в целях безопасности принимали съестное только от проверенных людей.

Патриотичные паски. 

Все остальное свободное место в машинах занимают журналисты и волонтеры. В Башкировке "подбираем" капелана отца Григория, который к нашему приезду еще поздравляет и кропит святой водой проспавших николаевских бойцов и отправляемся дальше – в окрестности Счастья. 

Проехать нужно около 300 километров. Небольшое, по сути, расстояние преодолеваем не быстро: дороги на Донбасс разбиты, на каждом блокпосту приостанавливаемся, чтобы поздравить бойцов.

В салоне – разговоры и бесконечные попытки удержать слетающие друг с друга коробки с пасками, которые стоят…везде.

- О, вот уже наши зайчики, - говорит координатор группы Help Army Татьяна Бедняк, когда мы подъезжаем на блокпост в Новоайдарском районе. 

Крепкие "зайчики" уже знают волонтеров в лицо, обнимают их, целуют, разбирают паски и сразу же начинают читать открытки от харьковских детишек. 

- Оце справжня підтримка, - говорят они, умиляясь рисункам. 

Особенно радуются бойцы детским рисункам. 

Тут же на блокпосту среди военных бродят двое мальчишек.

- А вы кто? – спрашиваем.

- Мы – запасные, - отвечают мальчуганы и рассовывают по карманам неожиданные гостинцы.  

Отец Григорий командным голосом строит бойцов в ряд и кропит водой. Тут же подъезжают военные медики и перегружают в машину коробки с пасхальными вкусностями. 

Недолго стоим и едем дальше. По дороге останавливаемся еще два раза. Военные с Полтавщины, Винничины, Сумщины, танкисты, разведчики и артиллеристы встречают харьковских волонтеров, как родных. 

Наконец добираемся до штаба 92-й ОМБР. Стоит ли повторять, что волонтеры здесь – свои люди и лучшие друзья? Обнимашки, "Христос Воскрес!" и разгрузка коробок. 

- Если бы меня "на гражданке" кто так обнял, как наш комбриг, мой земляк из Кривого Рога, - дала бы в ухо, - смеется волонтер Иванна Скиба-Якубоваю. - А здесь, на передке, это так, как надо: они - наши. 

Волонтерам военные всегда рады. 

- Попробовал паску и как дома побывал. Спасибо вам, - на минуту растрогался высокий военный.  

Бойцы настойчиво зовут на обед. Всю дорогу от Райгородка до Счастья "злые укры" закармливают женщин: начинают с борща, продолжают тефтелями и добивают... заливным из судака.

Командир бригады Виктор Николюк предлагает съездить туда, где только вчера был обстрел. 

- Только там могут стрелять и ехать нужно очень быстро, - предупреждает он, как будто проверяя журналистов на прочность. 

Фото Юлии Вороны/Vgorode


"Вон, видите? Сепары…"

Пока ждем сопровождающих, обращаю внимание на местных жителей. Они не очень разговорчивые и смотрят на военных искоса.

- А как к вам местные относятся? – спрашиваю серьезного бойца с автоматом.

- Никак, как и мы к ним. Иногда останавливаются что-то спросить, просят еду и лекарства. 

Само село – Лобачово - кстати, разделено на два лагеря. По одной стороне Северского Донца расположились наши, по другой – сепаратисты. Их разделяет меньше тысячи метров.  

На скорости 60 километров в час несемся по лесной дороге туда, где стоит часть 92 ОМБР. Их задача – не допустить прорыва врага. 

- Вон, видите? Сепары. А вон - там их позиция, - показывает нам боец.

Действительно, троих греющихся на солнце людей видно даже без бинокля. 

Приезжаем на позицию бригады. Накануне нашего визита тут было жарко. 

- Вчера обстреливали из минометов и автоматов; сначала стреляли по бойцам, а потом по позициям, - рассказывает командир взвода с позывным Гидеон. – Одного бойца ранило, но сейчас с ним все в порядке. Они (боевики – прим.Vg) там рисуются, костры разводят у нас на виду. 

Сюда военные заступили около двух недель назад и полным ходом обустраивают блиндажи и укрепления. В воздухе стоит запах свежевырубленного леса и пыли. 

Блиндажи бойцы строят сами. 

Военные говорят – единственное, чего им не хватает – нормального душа. Боевой дух, который и так на высоте, поддерживают своими визитами волонтеры, а веселит хрюкающий боевой мопс. 

Те, кто несет дежурство, смотрят в оба. Возле шлагбаума собираются журналисты, чтобы рассмотреть в бинокль вражескую технику и, собственно, самого противника. На той стороне тоже не щелкают. 

- Они там начали шевелиться, в бинокли смотрят, - говорит комбригу командир разведроты Змей.

Его не хотели брать в армию из-за возраста, но бывший спецназовец все же попал в бригаду. Говорит, ребятам приходится помогать, ведь многие даже не служили в армии. 

Фото Юлии Вороны/Vgorode

Военные собираются возле командира и решают, как выезжать.

- А если накроют?

- Не успеют, - с "чертиками" в глазах говорит комбриг.

Авто с журналистами возвращается по более-менее безопасной дороге. Из приемника вещает информация "сепарского радио". Местным слушателям рассказывают, как вызвать карету "скорой помощи" (стандартное 103 тут не работает), объявляют о наборе в механики казачьего батальона и рассказывают, что же на самом деле означает праздник Пасха. 

Возвращаемся на базу бригады, которая стоит на мертвой луганской дороге. Оказывается, пока мы получали долю экстрима под "присмотром" врага, волонтеры вместе с капеланом успели развезти по блокпостам в околице Счастья все паски и крашенки. 

- Смотрю, Иванна рассекает в вышиванке на Фасаде и думаю – ну все, - рассказала через несколько часов за утренним кофе Татьяна Бедняк (волонтеры не только порадовали своих подопечных, но и подразнили противника, который находится так близко, что "чути як вночі хропить").

Дети просят "победить этих идиотов", бойцы стараются не подвести. Фото Иванны Скибы-Якубовой.

Нашли харьковские волонтеры и новых подопечных. 

- Ты осторожнее будь, Танюша, спасибо, что не бросаешь. Мы там пацанов новеньких нашли - еще дальше на передок в е*енях разворачиваются. На голом месте выгрузили новичков! Нам пока ничего не нужно - помоги парням новеньким, пожалуйста ... за паски спасибо, можно мы им побольше отвезем? - приобнимает волонтера танкист Громкий. 

Пора ехать домой. Правда, без шведско-военного стола с салом, луком и пасхальными гостинцами нас не отпускают. С собой в придачу дают банку сала, ведро квашеной капусты, хлеб и лук.

- Вы что, с ума сошли? Скажут – волонтеры еду вывозят из АТО, - возмущается Татьяна.

- Как я это назад принесу - комбриг меня расстреляет! - наигранно пугается прапорщик. 

- Тут сопротивление бесполезно, - улыбаются волонтеры. 

Прощальные фото и обнимания.

Бригада готова отбить любое наступление. 

По дороге теряем около сорока минут времени – отлетает колесо. С фонариками приходится обыскивать дорогу посреди села, чтобы найти раскрутившиеся гайки. 

Ремонтируем, выдвигаемся, мирно спим в дороге. Ровно до общения с голыми и несчастными милиционерами на блокпосту в Сватово. Кажется, они похлеще своих легендарных коллег под  Изюмом. 

"А о чем снимали?", "Как будете показывать мирных жителей Луганска? Я просто сам отсюда", - интересуется один из явно отметивших праздник нацгвардейцев-луганских милиционеров, вертя в руках журналистскую пресс-карту АТО ("А тут по-русски не написано?"). Полтора часа "нам никто не помогает/государство не одевает/даже картошку возят родственники", шесть часов в гостинице и еще четыре в дороге в Харьков. Пасхальная поездка длилась больше суток. 

ЕЩЕ НОВОСТИ ХАРЬКОВА